На главную страницу На главную страницу
На главную страницуДобавить в избранноеКарта сайтаНаписать вебмастеруО сайте | Автор | Видео


34 мсд » История » Публикации

Из дневника начальника связи танкового батальона 276 мсп старшего лейтенанта С.Тарана

(31.12.1994 – 1.1.1995 гг. Садовое, Пролетарское)

31.12.94

... Пропустив три первые машины разведчиков, подожгли из гранатометов почти сразу 6 БМП, отрезав тем самым обратную дорогу разведчикам. ЗКП, п/п-к Смолкин отдал приказ Вовке Рулеву открыть огонь по зданию, оказавшемуся школой, по нему тоже сразу открыли огонь из гранатометов. К нам прошла информация, что у них в танке заклинила башня, и экипаж пехота забрала. Игорь Зыков, ехавший за Смолкиным, два раза, можно сказать, спасал его. Сначала прикрыл корпусом его БТР от пулемета, который танку, в отличие от БТРа, особого вреда не причинит, а потом вышел вперед него и нарвался на мину. Миной у него вынесло первый правый каток и наполовину разломало три трака с внутренней стороны, но гуску не разорвало, и он своим ходом вышел обратно. Уже вернувшись обратно и еще не остыв от боя, Игореха выскочил из танка и стал поливать из автомата каких-то с виду мирных чеченцев. Коле Горячану пришлось его успокаивать. Я подошел к Игорю, когда он поехал к КП батальона, рассивер на пушке, коробки активной брони на переднем наклонном листе продырявлены пулями, катка нет, но он сам выглядит бодро, в глазах огонек. То же самое можно сказать об экипаже – наводчик Сафронов и механик Чифаров. Это их первое боевое крещение.

1 января 1995 г.

4 машины из 1 тр. во главе с Игорем Зыковым уехали в город с задачей сопровождать колонну с боеприпасами, а после обеда пришло сообщение, что они были атакованы гранатометчиками, которыми буквально кишит город. Все танки обстреляны и зажжены, об экипажах никаких известий, и, как это ни прискорбно, все, очевидно, погибли. Это еще один жестокий удар по нам, буквально совершенно выбивающий из колеи.

Я видел, как старшина роты Игоря пытался сдержать слезы, ведь они успели тесно сдружиться, но у него ничего не получилось. Подошел к Коле, хотел что-нибудь сказать, но что я мог сказать, у самого было состояние не лучше – просто притянул его голову к своему плечу, сжал его руку и отошел. Каждый переживает смерть друга в одиночку.

Убеждаюсь, что танк с БМП не идет ни в какое сравнение. Видели по пути стоящий «Урал», подорвавшийся на мине. У него было вырвано переднее правое колесо и правая сторона двигателя. Вообще много сгоревшей и неисправной брошенной техники. Приехали обратно, стали строить батальон в колонну, и тут я увидел, что возле одной из машин собрались наши танкисты. Подошел, а там стоит солдат, и все вокруг него, слушают, что он говорит. Сам весь аж черный, закопченный, не узнать. Оказалось, что это механик-водитель Зыкова, – Чуфаров. Он рассказал, что в их танк 4 раза попали из гранатомета, после четвертого раза он врезался в здание, его оглушило, но он смог выбраться из машины и заполз под днище танка. Слышал, как чеченцы залазили на машину, заглядывали в башню, но экипаж не вытаскивали и не стреляли. Так что есть надежда, что может они были просто контужены и без сознания, может, остались в живых, в плену, может. Наводчик Игоря – Сафронов – тоже женат, ребенок есть. Жена каждую неделю письма писала.

Серега Чуфаров пока сидел под танком слышал, что у чеченцев есть как бы позывной или приветствие, звучащее: «Аксаларда!», решив после 3-х часов, что дальше лежать бессмысленно, снял шлемофон и, не таясь, словно свой, пошел по улице, они ведь все в основном ходят в военной форме. Здесь ему навстречу попались 3 чеченца, крикнули свое приветствие, он им ответил, а когда подошли поближе, присел на колено и срезал их очередью из своего АКС-74У. Хоть трех скотов за своих убрал. Обратно к своим выходил тоже по горам, шел на день дольше Сани Погорелова. И опять просится, чтобы посадили на машину и отправили туда, за ротным. Вот какие у нас служат мужики...

А немного позже пришло сообщение, что погиб Вовка Рулев...

Танк загорелся, и в нем взорвался БК. Для нас это прозвучало как гром среди ясного неба. Меня это известие просто ошеломило. Я не мог, не хотел в это верить. Но с этим ведь не шутят. Я не смог сдержать слез, ушел в свою 499 БМП, сделал вид, что делаю связь, и где-то час успокаивался. Да, бывают моменты, когда мужчины плачут. Ну, почему погибают такие ребята?! Вовка был одним из моих лучших друзей, земляк, закончил ТВТКУ, еще и года не прошло. Знал моего отца, и отец его знает, с Матроскиным учился в одной роте. Представляю, как отреагирует на это известие моя Анжелка, Вовка ведь не раз бывал у нас в гостях, она его очень хорошо знает, мы были у него на дне рождения в общаге. Да, война – это страшное дело, как это теперь сказать его матери, а он старший в семье из шестерых детей, собирался жениться. А как он любил детей! Всегда, когда приходил к нам, приносил Вероничке шоколадку, она охотно шла к нему на руки, а ребенок не к каждому пойдет...

В этой бессмысленной атаке погибло больше 30 человек, особенно пострадала пехота, у них сожгли 10 машин, многие сразу с экипажами – офицерами, солдатами.

В 00 часов выпили по глотку водки из фляжки, помянули Вовку. Навсегда запомнится нам этот Новый год. Сегодня я закурил, закурил м-р Пономарев И.А., но решили, что если вернемся, то бросим.

* * *

27 января 1995 г.

Сегодня у батальона был весьма южный и неутешительный день, но начнем по порядку.

С утра все шло по закономерному плану – встали часов около 7, позавтракали, правда, мне аппетит немного подпортили; Коля сделал какое-то замечание или даже слегка наехал на меня со Славой по никчемному поводу, я что-то ответил и т.д., но закончилось это в общем-то нормально, замяли. После завтрака намечали по возможности съездить опять поискать И. Зыкова с танком, но тут комбата вызвали в штаб и поставили задачу приготовить к выдвижению машины. Все заняло минут 10, и машины уехали, ушли и Серега и Вадим. Осталось 2 машины – 442 и 400, но чуть позже отправили и их – в лагере не осталось ни одного танка.

Я сразу припал к радиостанции и стал прослушивать эфир на их частоте. Наши ушли за реку к 3 мсб, т.е. на передовую, на прямую наводку. Когда в эфире заработали наши и «Блесны», я стал записывать на пленку, может, что окажется интересным и нужным. И это было верно. Бой был тяжелый, были потери. Не буду описывать всего, что там произошло, т.к. это заняло бы не один, не два и не три листа, но танкисты сегодня поработали отлично. Было все – и наши мужики дали копоти скотам черномазым, и ответный огонь был плотным и жестоким. Был подбит и горел 434-й танк Вадима Просянкина, но его смогли потушить, досталось и 442-му, на котором был Коля Горячян. Экипаж покинул машину, но потом ее вытащили, к счастью, она не очень пострадала, что там творилось в эфире! У пехоты большие потери, не знаю точных цифр, но есть убитые и раненые, в т. ч. офицеры, 3 кб 3 мсб.

Но самым трагическим для нас, танкистов, а для меня втройне, оказалось исчезновение 437-го танка Сереги Новокшенова. Смолкин отправил его вытащить застрявшую машину «Блесны-22», 422-ю, и буквально через минуту после его отъезда связь с ним пропала. За ним поехала 442-я с Горячяном, потом Вадим, но он как в воду канул – нет ни подбитого, ничего. Лежала, говорят одна башня от танка, но где тогда корпус, и она бы горела или дымилась, если бы была его, но никаких признаков того, что это случилось, только что не было.

Поиски результатов не дали. Я у станции сидел как на иголках, это хуже всего, когда все слышишь, а ничем помочь не можешь другу. Но я не верю, что Серега погиб, этого не могло произойти, да и никаких доказательств тому – машину ведь не нашли, но что могло случиться? Гадать сложно, остается ждать и надеяться на лучшее. Серега, я знаю, ты жив, поскорее откликнись! И тем более болезненно переносится это оттого, что кругом в средствах массовой информации кричат, что армейских подразделений в Чечне уже нет, армию всю вывели и даже конкретно про наш 276 МСП, а здесь продолжают гибнуть ребята. Ельцин вообще заявляет, что он армию сюда не посылал, каков козел, а?

По настроениям людей чувствуется, что еще немного и вместо Чечни пойдут брать Белый дом в Москве. Там сидят настоящие убийцы, разбрасывающиеся человеческими жизнями направо и налево. Сюда бы их детей и внуков, сразу бы и авиация заработала и т.д. Подонки.

Но было сегодня и радостное событие, я разговаривал по ЗАСу с моей любимой женой Ликой. Хотя сегодняшний день и омрачен такими событиями, как здорово было услышать такой дорогой мне голосок, отдающий, правда, в силу специфики ЗАСа, металлическими нотками. Ликуська спрашивала все, когда я приеду домой. Кто бы это знал, дорогая моя Кисонька, дай нам возможность, так пешком бы ушли домой. Спрашивала про письма. Сегодня как раз писал тебе, дорогая, письмо, прослушивал эфир, попутно записал, что Серега только что сказал то-то, а сейчас это, что приедем и пойдем все вместе в ресторан, но закончить так и не успел, как раз все это и произошло. Не знаю, как и заканчивать его, что тебе написать. По крайней мере об этом писать ничего не буду, пока не станет все окончательно ясно. А письмо я закончу, обязательно закончу. Вот такой был сегодня день, и не дай бог ему превратиться в 31 декабря (тьфу, тьфу, тьфу), это будет жестоко и несправедливо ко мне, ко всем.

0 ч. 24 мин.

28 января 1995 г.

Часов в 8, когда мы, кто остался в расположении б-на, собирались завтракать, в комнату зашел м-р Пономарев. Окинув нас отсутствующим взглядом, остановился у входа. Я, как впрочем и все, подался вперед с намерением знать единственный волнующий нас вопрос: «Нашли ли, выяснили, где Серега?!..» Но он, опередив наш немой вопрос, сказал: «Нет больше Сереги...», и все. Эта тихая фраза меня оглушила гораздо сильнее, чем гром среди ясного неба. Я сел, просидел минуты 2, глядя в пол, мысли мои путались, единственное, что я понимал, – это то, что случилось то, чего я опасался больше всего в этой войне, ведь Серега – это лучший мой друг с 1-го дня, как он появился в полку после училища. Моего отношения к нему невозможно передать словами. Он был мне как брат. Такое отношение к нему и у моей Анжелки, одним словом, Серега – это лучший друг нашей семьи. Практически все праздники, все его и наши дни рождения мы отмечали вместе у нас дома, в любое время дня и ночи двери нашего дома были открыты для него.

Серега вообще очень располагающий к себе человек, иметь такого друга – большая удача, я считаю, а друзей у него очень много, все, кто с ним знаком, в дружеских с ним отношениях. А какая светлая голова, здорово разбирается в телевизорах, магнитофонах, компьютерах и т.д., сам собрал компьютер, с Анжелкой часто ходили к нему в гости, играли на компьютере, да и домой нам много раз его давал, ничего не жалел. Всем, кто обращался, ремонтировал аппаратуру, никогда не отказывал. Вероника его тоже любит, без гостинца для нее Серега никогда не приходил, сразу на руки... одним словом, всем, кто его знал, будет его очень не хватать. Почему от нас уходят лучшие?

Все это бурей пролетело в моей голове, из глаз моих закапали слезы, перешедшие в тихое рыдание, которое я не пытался сдержать. Не знаю, сколько так прошло времени, после того, как я немного успокоился, достали флягу с водкой, разлили по кружкам, выпили, помянули мужиков. Пришел Андрюха, командир разведроты, вместо Пицыка, это он, кстати, водрузил флаг России на дворец Дудаева и представлен к Герою России. Подошел еще один ст. л-т, знавший хорошо Серегу. Налили им тоже, Пономарев попросил Андрюху спеть про русские шинели. Когда он пел, все плакали, все без исключения – и Вадим, и Слава Кисель, и зам. комбата, и замполит, это была тяжелая картина. Я опять закурил, выкурил подряд несколько папирос «Прима», которые постоянно намокали. Фляга закончилась, я сходил к Лехе Спицыну из роты связи, взял бутылку коньяка, выпили еще немного. Честно говоря, мне так хотелось напиться, но это не выход, этим друга...

(окончание отсутствует)


Главная | История | Статьи | Книга Памяти | Фото | Арсенал-32 | Ссылки | Гостевая | Книги